Шахтёрское прошлое, золотые руки и самолечение: знакомимся с единственным жителем деревни Кавказ на Гомельщине

26.01.2019 в 22:10
Ольга Вальченко, "Республика"

Впечатляющих горных вершин в Кормянском районе не наблюдается, но один из посёлков носит гордое имя Кавказ. И его единственный житель Виктор Красаков по характеру гордый горец, от всяческой заботы отказывается и жизнью доволен. Вместе с председателем сельсовета и заведующей ФАПом мы пытались предложить одинокому пенсионеру помощь и разбирались, откуда на Гомельщине взялся населенный пункт с таким необычным названием.

Один джигит на весь Кавказ

Председатель Татьяна Ядренцева территорию Ворновского сельсовета знает как свои пять пальцев. Она здесь родилась, выросла и работала: сначала в местном хозяйстве бухгалтером и замдиректора по идеологической работе, а потом согласилась взять на себя ответственность за родные края. В сельсовете восемь деревень и чуть больше 600 жителей. О каждом Татьяна Михайловна может рассказывать часами. И на Виктора Ивановича, единственного оставшегося жителя поселка Кавказ, «досье» тоже имеется. Де­лит­ся председатель имеющейся информацией про историю самого поселка куда меньше:

— Согласно ревизии 1859 года все эти земли находились во владении помещицы Казариновой, люди занимались в основном земледелием и животноводством. Обрабатывали панскую землю или ходили на заработки к помещикам Дерналовичу, Громыко, Бурдакову. Одним из популярных промыслов было плотогонство, сплавляли лес в Киев и Гомель. В 1918 году рота красноармейцев установила в местной деревне Верхи советскую власть, с 1924-го началось землеустройство. Постепенно местные жители переселялись поближе к новым наделам земли.

Любимое занятие для пенсионера — шитьё

Так в 1920-е появилось несколько новых поселков, в том числе и Кавказ. Сюда переселились восемь дворов. В 1931 году жители вступили в колхоз. По имеющимся документам, в 1959 году здесь было 35 жителей, в 2004-м — четыре человека на четыре двора. Татьяна Михайловна выдвигает свою версию такого демографического провала:

— Речка от поселка далеко, а сам он на высоком месте. Выкопать там колодец — задача не из простых. Вот Кавказ и не развивался, люди постепенно уезжали. 

Ландшафт здесь Альпами назвать сложно, но по сравнению с равнинным Гомелем местность удивляет холмистостью. Названия деревень как на подбор: Высокая, Верхи… Местные утверждают, что Кавказ получил свое имя потому, что стоит на самой высокой «горе». Версия спорная, никто измерений не проводил, да и исследователи больше склоняются к тому, что на название поселка повлияло местное урочище, именуемое Ковзелями.

Татьяна Ядренцева

Горец, «космонавт», шахтёр

Десант для поездки «на Кавказ», как неизменно говорят местные, формируем в деревне Высокая. Здесь расположен фельдшерско-акушерский пункт, который обслуживает и «горный» поселок. Заведующая ФАПом Людмила Чистякова до обеда ведет прием на месте, а после обычно отправляется по вызовам. Под ее началом — три деревни и больше 250 пациентов. Мне удается подсмотреть содержимое ее походной медицинской сумки. Здесь самое необходимое: тонометр, стетофонендоскоп, шприцы, перевязочный материал и популярный набор лекарств. 

— Беру обезболивающее, капли в нос, таблетки от давления, от температуры. Плюс то, что закажут.

Женился горец на красавице из Полтавы

К Виктору Ивановичу она по должностной инструкции ходит минимум раз в месяц, иногда чаще. Сетует, что от помощи он сам наотрез отказывается:

— Ему под 80, сами понимаете, какое здоровье. До прошлого ноября был в деревне еще один житель, тоже Виктор Иванович. Так они друг за дружкой присматривали, то еду на двоих готовили, в магазин закупаться — и на соседа тоже. А потом у второго Виктора Ивановича со здоровьем совсем плохо стало, он к родне переехал. А первый совсем один остался. Телефона нет. Боимся, случись что — и не узнаем. Предлагали его оформить на койку сестринского ухода в Корму — ни в какую!

Виктор Иванович встречает, сидя на старенькой кровати, подбоченивается и вопросы о самочувствии от медика твердо игнорирует. Только после долгих уговоров удается надеть на худую руку манжетку тонометра. Давление, почти как у космонавта —120 на 70. Но медик сурово пресекает наши радостные возгласы: такое положение далеко не всегда, здоровье у горца не кавказское. Вот и сейчас обмолвился, что спина болит. Людмила Александровна оставляет таблетки:

— По одной два раза в день. Виктор Иванович, мы же вам постоянно предлагаем пойти в больницу…

— Нет! Я сам себя лечу.

Пенсионер, бодрясь, уже спешит показать главное дело, которое занимает все его время. Напротив кровати — старая швейная машинка, а все свободные поверхности завалены тряпьем. На вид — только на утилизацию, но для пенсионера — лишняя копеечка. Шьет он теплые рабочие перчатки, которые мгновенно разлетаются по округе. Появился он в поселке 18 лет назад и очень скоро получил прозвище Золотые ручки. Вяжет метлы, шьет жилетки, делает веревки. Разбирают и местные, и на ближайшей ферме. Сидящего за машинкой Виктора Ивановича удается немного разговорить:

— Родился в Кормянском районе, в 14 лет в комсомол вступил, потом поехал покорять Донбасс. Был шахтером, служил восемь лет в армии, в Воркуте.

Рабочее место освещает одна тусклая лампочка. Разоткровенничавшись, внезапно жалуется: глаза болят. Угольная пыль шахты и случайно попавшая во время работ в глаза известь свой след оставили. Людмила Александровна оживляется:

— Так давайте на обследование съездим в Корму. Мы вас отвезем и привезем!

Под нажимом гостей пенсионер внезапно соглашается.

Дом единственного «кавказца»

«Мне ничего не надо»

Председатель сельсовета, осматривая дом, только разводит руками.

— И рады бы помочь, да он отказывается от всего. Соцработник ему не нужен. Газет он не выписывает, пенсия на карточку поступает, так что и почта сюда не заезжает.

Людмила Александровна волнуется: только бы от обследования не отказался

Несколько раз горца спрашивали про автолавку. От трассы близко, 15-минутный заезд в Кавказ сложностей не доставил бы. Но и от этого блага Виктор Иванович отмахнулся. Раз в месяц выбирается с приятелем на машине в Корму, закупается, а порой выбирается в расположенную неподалеку Высокую. Татьяна Михайловна с разрешения хозяина осматривает холодильник: мясо, крупы, два вида колбасы. На печке — чугунок с тушеной картошкой.

— Может, хоть дрова вам нужны?

— Да дров на всю жизнь хватит! Да и лес близко, — отмахивается пенсионер. — Вода в колонке есть. Только дорогу плохо чистят!

— Так мы же ехали, почистили вроде, — удивляется Татьяна Ядренцева.

— Так уже два дня прошло!

Из развлечений — одно радио и плохо сохранившиеся снимки. На одном Виктор Иванович с красавицей женой, которой на этом свете уже нет. Мои спутницы удивляются: раньше фотографии никому не показывал. На вопрос о детях отворачивается. Удается выяснить только, что дочери Татьяна и Светлана отношений с отцом не поддерживают.

Уже прощаясь с одиноким горцем, Людмила Александровна напоминает:

— Через два дня поедем к окулисту! Только чтоб по-честному, не отказываться!

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки на первоисточник.

Обсуждение

Новости партнёров