«Хочу вернуть детей. Денег нет». Пять историй из жизни гомельских алкоголиков

20.08.2017 в 22:11
Елена Чернобаева, "Белка", фото: Вячеслав Коломиец

Злостные правонарушители коро­тают время в одной из комнат обще­ственного пункта охраны правопо­рядка №2 Советского района Гомеля. Многие в этой компании знакомы давно. Ещё до обеда вме­сте пили, а сейчас оказались в мили­ции. Кто-то пришёл сам, кого-то при­шлось доставить под конвоем. Те­перь ждут, когда комиссия вызовет на ковёр. Сегодня здесь проходит заседание совета ОПОП.

«Хочу вернуть детей. Денег нет»

Первой в кабинет приглашают Ира­иду. Видно, что ей ещё не безразлична собственная внешность. На ногтях при­знаки недавнего маникюра, одета в це­лом аккуратно. Но лицо всё равно вы­даёт алкогольные пристрастия.

У Ираиды двое детей. Один живёт с бывшим му­жем, второго воспитывает двоюродная сестра. Работать и пла­тить алименты государство обязало мать. Рабо­та есть. Социальные службы устроили Ираиду в одно из городских комму­нальных предприятий рабочей по озе­ленению, но она благополучно про­гуливает. Появля­ется на пару часов, а потом исчезает на несколько дней.

— Почему не работаете? Вот на этой неделе сколько раз вы были на работе? — интересуется комиссия.

— Два. Среда-четверг.

— В среду до какого часа трудились?

— …

— А мы расскажем. В 15 часов вы были уже дома. По информации ма­стера, прогулы у вас во вторник, сре­ду и сегодня. Вы понимаете, что буде­те привлечены к ответственности за укло­нение от работы ? Снова хотите на десять суток? Может, всё-таки назовёте причины?

— Нет. Не могу ничего сказать.

— Вы вообще на работу ходить со­бираетесь?

— Завтра пойду.

— «Завтра» у вас может не быть. По­скольку сегодня решается вопрос вашего ареста на десять суток. А сыну, который живёт с отцом, хоть как-то помогаете?

— Хотела помочь, но не по­лучается. Муж сказал, ему от меня ни­чего не надо.

— Отец ограничивает общение с ре­бёнком, потому что вы не приходите на встречи трезвой.

— Пускай будет так.

— Вы же знаете, что можете попасть в ЛТП. Вас это не пугает? И де­ти ещё маленькие. Неужели не хотите их вернуть?

— Да, хочу. Просто нету средств, чтоб вернуть. Денег нет.

Ираида вдруг срывается на рыдания. И её отпускают из кабинета, но не из общественного пункта. Ещё предстоит решить, отправится ли женщина прямо отсюда на сутки за прогулы.

«Если не буду употреблять, вообще спать не смогу»

Сергей Иванович скромно пристраи­вается на край стула. В руках — чёрный пакет для мусора. Там что-то характер­но дзынькает. Это один из первых кан­дидатов в ЛТП. Но осенью прошлого года Сергей Иванович поскользнулся, ударился головой об лёд, получил трав­му, и теперь по медицинским показани­ям поехать туда не может.

— У меня перелом основания чере­па, лопнула барабанная перепонка, ге­матома была, — уверенно сыплет меди­цинскими терминами мужчина. — Ска­зали, ещё раз надо полежать в больни­це, и дадут группу.

— Кто будет заниматься оформле­нием инвалидности? Вам нужна по­мощь? — стараются проявить участие члены комиссии.

— Я сам.

Сергей Иванович живёт в квартире, где вместе с ним прописаны дочь и ше­стилетняя внучка. Но те уехали в другой город к бабушке. За коммунальные дол­ги в отцовском доме отключены свет и газ. На заседание смотровой комиссии мужчина попал, потому что успел об­завестись пятью административными взысканиями за правонарушения, ко­торые совершил подшофе.

— Сергей Иванович, вы же понимае­те, куда можете поехать. Вы там уже бы­вали. Сколько раз? Два или три.

— Два.

— Ну вот. Единственный шанс для вас, это своевременно обратиться к те­рапевту за направлением на получение группы инвалидности. И нужно лечить­ся. Потому что вы употребляете алко­голь, и не раз в этом были замечены.

— А если я не буду употреблять, я вообще спать не смогу.

Сергея Ивановича отпускают, но на прощание последний вопрос:

— Кстати, а что у вас в пакете?

— Вино…

«Пустил знакомых переночевать, украли паспорт и справку об освобождении»

Александр Васильевич хитро щурит­ся. И, кажется, в нашей компании чув­ствует себя уверенно. Он недавно вы­шел из тюрьмы. И тут же потерял па­спорт и справку об освобождении. Вер­нее, не потерял — украли. Так сам муж­чина объясняет пропажу жизненно важ­ных документов. Пустил переночевать старую знакомую с другом, утром про­снулся — постояльцы исчезли. А вме­сте с ними паспорт и справка.

— Александр Васильевич, расска­жите, почему когда нам нужно найти кого-нибудь из местных пьяниц, они все находятся у вас в квартире. Сегод­ня к вам пришёл милиционер, обнару­жил Ираиду Васильевну и хорошо из­вестного нам Александра. Не хватило конвоиров, привели бы и его сюда. Его тоже на учёт пора ставить, четыре на­рушения. У вас там клуб по интересам?

— Просто зашли в гости. Что, нель­зя что ли? Вот тоже должен один сегод­ня зайти, с Москвы приехал.

— Почему такая интересная катего­рия граждан к вам ходит в гости?

— Но я же сейчас, вы заметили, аб­солютно трезвый! Я дурной, если на­пьюсь. Почему и не хочу пить, — гово­рит и не перестаёт загадочно улыбать­ся Александр Васильевич.

— Вам нужно восстанавливать доку­менты и искать работу. Уплатите пол­базовой величины, и через две недели станете счастливым обладателем ново­го паспорта. Такая сумма у вас есть?

— Сейчас нет. После пятнадцатого найду хоть и две. Кум получит зарпла­ту, обещал дать денег.

«Можно, я прокапаюсь и в ЛТП не поеду?»

В свои двадцать восемь Василий уже два раза побывал в ЛТП. Живёт с ма­терью и сестрой-инвалидом. Только в этом году парень заработал четыре ад­министративных взыскания. А недав­но в отношении него закончился уго­ловный процесс. Украл у соседей ёлку, причём не всю, а только верхнюю часть. Василия поймали по горячим следам, верхушку ёлки обнаружили у него дома.

Ещё Василий регулярно поколачива­ет мать, а она, устав терпеть, пишет за­явления в милицию.

— Разве можно бить маму? Вы счи­таете, это мужской поступок? За что? Денег не дала… Кроме мамы никто не поможет, никто не накормит. Приди­те домой сегодня и попросите проще­ния. Вы же должны быть опорой в се­мье. Но придётся, видимо, снова прое­хать на лечение в ЛТП. Тогда ваши род­ственники хотя бы год поживут спокой­но, — комиссии надоело увещевать Ва­силия. Тем более он поднимает руку на женщин.

— Я уже был там два раза. Что это изменит?

При упоминании ЛТП парень начи­нает нервничать и злиться. Заметно, что ехать туда ему очень не хочется.

— А можно я прокапаюсь и про­лечусь на Сельмаше (Гомельский об­ластной наркологический диспансер — прим. авт.)? Прямо завтра поеду.

Василий по договору подряда рабо­тает в фирме. Как сам говорит, по долж­ности «принеси — подай». Но образова­ние имеет. Выучился на стропальщика.

— Это же прекрасная специальность. Востребованная даже в сегодняшних условиях. Вы пытались трудоустроить­ся по ней? Даже если вы будете зараба­тывать 200-300 рублей в месяц, это уже достаточно, чтобы помочь семье.

— Да я даже по Интернету работу ис­кал. Не нашёл.

«Хочу вернуть детей. Денег нет». Пять историй из жизни гомельских алкоголиков

Про Андрея Ивановича и Михаила Ивановича

Андрей Иванович в местных алко­гольных кругах известен тем, что даёт приют бомжам. Некоторые «постояль­цы» обретаются у него месяцами. В на­роде такие квартиры зовутся притона­ми. Соседи устали жить, как на порохо­вой бочке, и регулярно звонят в мили­цию. Милиция наведывается к Андрею Ивановичу и прогоняет опасных гостей, которые разводят антисанитарию, да и пожар устроить могут. Но гости всё рав­но возвращаются.

— Зачем пускаете в квартиру лиц без определённого места жительства?

— По поводу тех товарищей, которые были у меня… Прошу вас, чтобы нико­го из них больше не было.

— Мы вас просим, Андрей Ивано­вич!

— Вот, посмотрите (показывает ца­рапины на лице), это его руки, Михаи­ла Ивановича. Чтоб не было его у ме­ня. Я не пускал. Он через форточку ла­зит. Бьёт меня.

Здесь Андрей Иванович вскакивает со стула и начинает эмоционально жести­кулировать. Главное — убедить собесед­ников, что во всём виноват непрошеный Михаил Иванович.

К слову, это ещё одна местная зна­менитость. Пенсионер уже несколько лет бомжует после того, как у него сго­рел дом. А в квартире у Андрея Ивано­вича, хоть и без признаков мебели, теп­ло, по уличным меркам даже удобно и всегда можно спокойно выпить в при­ятной компании.

Частым гостем в этой квартире был и Евгений, который сейчас лежит в туб­больнице. У него открытая форма ту­беркулёза. У самого Андрея Ивановича — пока закрытая форма. Так что ему на­помнили, что неплохо было бы сходить в поликлинику и сделать флюорографию.

— Да я сегодня хотел сходить в по­ликлинику!

— Так кто вам помешал?

— Я сказал — кто. Михаил Иванович. До свидания, помогли!

Метки:

Обсуждение

Новости партнёров

Загрузка...