В агрогородке Красное Гомельского района есть школа, которая когда-то начиналась как двухклассное народное училище, а сегодня встречает гостей основательным трехэтажным зданием. Но главное сокровище спрятано внутри. И о нем не догадаются случайные прохожие.
Фото: progomel.by
На крыльце нас встречает учитель истории Александр Меркуль. Сегодня 36-летний педагог — главный хранитель экспонатов, число которых перевалило уже за две тысячи.
И вот, ключ провернут, дверь открыта. Перед нами – машина времени.
«В Гомельском районе 36 школ, а музеев – всего 11 и несколько музейных комнат. Обычно выглядят они так: кое-что из истории школы, предметы крестьянского быта, стопка фотоальбомов. У нас же музей комплексный. Здесь и история поселка, и школы, и местной церкви за последние 250 лет. Отдельные экспозиции посвящены Великой Отечественной войне, геноциду белорусского народа и войне в Афганистане», — вводит в курс Александр.
Ветеран говорил, а дети плакали
Школьный музей открыли в мае 1981 года к юбилею местного колхоза «Победа». Идея пришла в голову участникам школьного краеведческого клуба «Радзімічы». Главным «заводилой» стал завуч-историк Михаил Аронович Кан. Вместе с ребятами он объехал едва ли не весь Союз. На основе привезенных сувениров — фото, открыток, плакатов, книг, посуды и сформировали первую экспозицию.
Энергичному педагогу с удовольствием помогали ученики. Ходили по домам красненских старожилов, собирали факты из истории деревни. А еще лазили по чердакам в «поисках чугунов, самопрядок, рушников, праников.
Фото: progomel.by
«Мне посчастливилось застать Михаила Ароновича. Он вел у нас обществоведение. Педагог держал связь с фронтовиками, которые освобождали Красное. Время разбросало их по всему Союзу. Но ветераны охотно приезжали в деревню — встретиться с товарищами, пройтись по дорогам боевой славы, поговорить со школьниками. Когда они делились воспоминаниями о войне, дети плакали. Всем классом, навзрыд. Представляете?», – рассказывает Александр Меркуль.
Деревню спас дождь
Видавшая виды ковровая дорожка музея ведет нас дальше. На столе один за одним появляются экспонаты военного времени. Среди них — фронтовые письма-треугольники, солдатская форма, каска, пули и гильзы. Многое – прямиком из земли.
Оказалось, в 2018-м в Красном велись масштабные раскопки. Прокуратура Гомельского района установила ужасающие факты геноцида белорусского народа в годы Великой Отечественной. Все найденные предметы когда-то принадлежали мирным жителям и военнопленным печально известного пересыльного лагеря Дулаг-121.
«Через наше Красное пролегал 18-километровый противотанковый ров, — вводит в курс дела Александр Меркуль. – В 41-м его копали и красненцы, и жители других близлежащих деревень. В августе того же года пришли немцы. Оккупационный режим установила 221-я охранная дивизия вермахта, которая состояла преимущественно из венгров. Как они здесь лютовали — словами не передать! За войну двухтысячное население поселка сократилось на 400 человек. И это без учета бойцов, которые полегли на фронте. Тот самый противотанковый ров и стал братской могилой для мирных жителей. Сюда же свозили тела военнопленных из Дулага-121. Жутко представить: в пересыльном лагере, на месте нынешней площади Восстания в Гомеле, попросту некуда было сбрасывать трупы».
Осенью 43-го фашистские войска стали отступать и подожгли деревню. Но на помощь пришел сам Господь: поселок накрыл мощный ноябрьский ливень, так что многие дома красненцев уцелели.
Пушкин еще не родился, а эту книгу уже «латали»
Перед нами за стеклом — самый возрастной экспонат школьной экспозиции — старопечатное Евангелие второй половины 18-го века. О том, что в свое время фолиантом пользовалась куча народа, говорят многочисленные пометки на полях, пятна от воска и жировые следы.
Церковный раритет подарил школе настоятель красненского храма отец Валерий Савельев.
«Книга досталась священнику от дедушки, который служил в одном из храмов Черниговской епархии. Вместе с ребятами мы плотно изучали историю нашей Успенской церкви и накопали много интересного. Например, воспоминания епископа Могилевского и Мстиславского Мисаила (Крылова) за 1897-й год. В своих путевых заметках владыка хвалил наш приход за отличный хор, усердие и порядок в документах. Кроме того, мы установили примерный период, когда могло быть издано Евангелие-фолиант. Исследовали шрифты, буквицы, гравюры, проводили аналогии. Присматривались к бумаге – в нашем случае она не заводская, а ручного литья. Пришли к выводу, что книга наша датируется серединой 18 века», — утверждает историк.
Раритет требует особого режима хранения. И хотя тряпичная бумага более живучая, чем пергамент, нужно учитывать влажность, температуру и свет. С этим в музее все в порядке, заверяет собеседник.
Фото: progomel.by
По его словам, фолиант уже где-то «лечили». Видно, что в книге меняли обложку и переплет. На страницах Евангелия находим печать Белобережской пустыни под Брянском. Не исключено, что именно там проводили реставрацию.
Коллеги сбежались на парфюм
Музейные стеллажи забиты под завязку. Помимо стараний Михаила Кана, коллекция пополнялась и пополняется также благодаря жителям поселка. Местные несут в школу награды родственников-фронтовиков, красноармейские книжки и другие документы. Часто привозят керосиновые лампы, посуду, благодаря их стараниям, в музее собрана богатая коллекция рушников.
Больше, пожалуй, только знамен, дипломов и грамот, в том числе Верховного Совета БССР, ВДНХ. Ведь когда-то местный колхоз-передовик давал стране продукции на сумму с шестью нулями.
Фото: progomel.by
Отдельная точка на карте советской истории –- Афганистан. Его дорогами прошли 12 красненцев. Среди наград и архивных снимков Александр находит кое-что интересное. Например, копии листовок, которые сбрасывали американцы в очередной виток передела мира. Написаны они на арабском, рядом красуется заокеанская печать. Послания приземлялись аккурат на головы местных старейшин и афганских мулл. Дальше текст зачитывали малограмотной пастве.
Вспоминаем, что на дворе — Год белорусской женщины. Ждем от собеседника соответствующих заявлений.
«Вот вам ткацкий станок — тките, вот ложки-поварешки – готовьте, надо принарядиться — вот женская рубаха. Вся расшита вручную и состав шикарный — хлопок и лен», — нахваливает коллекцию Меркуль и вдруг вспоминает — про парфюм-то забыл!
Фото: progomel.by
«Как-то районная прокуратура привезла нам военные экспонаты, — рассказывает Александр. — Прямо из раскопа. Среди них оказалось несколько флакончиков. Открыли — тройной одеколон, да какой оказался стойкий! За пару минут аромат распространился по всему зданию школы. Коллеги прибежали в музей: «Саша, что ты здесь химичишь?» И это при том, что флакон был изрядно разбавлен дождями-снегами. Столько лет в земле пролежал, а запах все тот же!»
Сам себе пиар-менеджер
Сегодня экспонаты ютятся на семидесяти «квадратах». До звания «народного» музею не хватает еще тридцати. И в планах Александра их заполучить. Педагог посещает семинары и конференции, своими руками изготавливает промопродукцию : от блокнотов до, календарей, проводит экскурсии и запустил сайт музея. К работе над онлайн-ресурсом подключает учеников: одни оцифровывают материал, другие вычитывают тексты. В тылу у педагога надежный меценат – воин-интернационалист Анатолий Вдовенко. Помогает как финансово, так и руками, когда необходим ремонт.
Александр, признается, что не любит пафосных слов, но напоследок не сдерживается.
«Музей — это не склад вещей, а наша душа. Годы идут, уходят свидетели тех лет. И наша задача — сохранить о них память. И пока она есть, живы и мы».
Фото: progomel.by
