«Так скучно, что остается пить или рожать»: Как живёт Брагин, где люди получают 200-300 рублей и стараются не терять оптимизм

«Так скучно, что остается пить или рожать»: Как живёт Брагин, где люди получают 200-300 рублей и стараются не терять оптимизм

25.04.2019 в 18:57
Таисия Савина, "Комсомольская правда", фото: Павел Мартинчик

Мы приехали в Брагин в обычный будний день, чтобы узнать, как здесь живется вне праздников.

Катя и Вероника планируют остаться в Брагине

Брагин чем-то напоминает пластиковую игрушку из супермаркета: с виду яркий, новый, пахнет краской… А вот индивидуальности мало. Оживает городской поселок раз в год – в канун годовщины катастрофы на Чернобыльской АЭС. Поселок наполняют туристы, которые останавливаются в местной гостинице накануне экскурсии, школьники бегают «Брагинскую десятку», а ликвидаторы идут с цветами к мемориалу. В прошлом году в поселке прошло еще одно масштабное событие – «Дажынкi», к которым навели порядок и сделали стадион.

Мы приехали в Брагин в обычный будний день, чтобы узнать, как здесь живется вне праздников.

«Одна воспитываю детей и работаю за 220 рублей в месяц»

В лучах утреннего солнца поселок кажется пустым, не слышно гула машин и детских голосов, даже на Доске почета – пустые рамки. В 7.45 оживление только у школы. Михаил везет в детсад неподалеку двоих малышей, старший ребенок отдыхает в санатории.

В среднем Михаил получает 300 рублей в месяц

– Мне нравится этот город, мы неплохо живем, – рассказывает многодетный отец. – Я охранник, жена работает в Брагинском райпо. На двоих за вычетом алиментов (у меня ребенок от первого брака) получается рублей 500. Зарплат тут больших нет, 300 рублей в среднем… Иногда подрабатываю разнорабочим, можно получить 500 рублей сверху. А еще я заядлый рыбак, и у нас свое хозяйство: свинки, кролики, 55 кур, две собаки, котик, рыбки… Так и живем!

Строители, занятые ремонтом стены, рассказывают, что сами из Гомеля, здесь снимают у хозяйки дом за 200 рублей в месяц на двоих.

Владимир работает за 600-700 рублей в месяц

– В Гомеле работы нет. Трудимся на фирме вахтами: неделю в командировках – неделю дома. Платят 600 – 700 рублей, – рассказывает Владимир.

В небольшом кафе-баре в центре – своя жизнь: мужчина у стойки просит 100 граммов коньяка за 4 рубля, опрокидывает их и сразу уходит. Бармен рассказывает, что людей по выходным много, но время работы до 22 часов, в выходные – до 24, мол, дольше не положено – кафе государственное. Вот и теряется прибыль. А деньги нужны, девушка одна воспитывает двоих детей.

– В больнице, школе да колхозах хорошо получают. Им доплаты за Чернобыль делают. А я работаю барменом и официантом за 220 рублей в месяц, еще 120 рублей получаю алиментами. По специальности я зоотехник-ветврач, но добираться в колхоз далеко, а рабочий день там начинается в 5 утра. Автобус ходит два раза в день, такси нет. Иногда иду после банкета домой несколько километров пешком посреди ночи. Раньше с двумя детьми еще и снимала двухкомнатную квартиру за 75 долларов. Молодежь уезжает – работы нет. Не живем, а выживаем, – вздыхает девушка.

Доска почета

Выходим из кафе, навстречу идет высокий мужчина в патриотическом красном спортивном костюме. «Дядя Саша» работает тренером по легкой атлетике в школе.

– Зарплату какую получаю? Ну конечно среднестатистическую, как в газетах пишут – тысячу рублей! Хоть кто-то же в Брагине должен ее получать, – хохочет тренер. Пес Бэся громко лает в ответ.

«Дядя Саша» работает тренером по легкой атлетике в школе

«Зарплаты маленькие, зато тихо, не то что в ваших столицах»

В середине дня жизнь в поселке еще больше замирает, на стерильно чистых улицах нет прохожих, пустые качели у детсада раскачивает ветер. Обойдя поселок и не встретив никого за целый час, заходим в местный продмаг размером с киоск «Белсоюзпечати».

– Зарплата у меня 230 рублей, – откровенничает продавец. – На жизнь не хватает, но что делать? Поднимешь этот вопрос – без работы можно остаться. Подрабатываю на почте, получаю еще 230 рублей. Ношу каждый день шесть здоровенных сумок, тяжело это для женщины…

В будний день в 8 утра Брагин совершенно пустой

Покупательница на ту же ситуацию смотрит по-другому.

– Зарплаты маленькие, зато здесь тихо, не то что в ваших столицах! Преступности нет, никого не грабят и не убивают, – буркнула женщина с большими пакетами продуктов и тут же вышла, давая понять, что разговор окончен.

В лучах утреннего солнца поселок кажется пустым, нет ни машин, ни людей

Заходим в ресторан, который предлагает комплексные обеды по 4 рубля: суп, салат, картошка с котлетой и чай. Оказалось вкусно!

– Люди у нас всегда есть – кто пообедать, кто свадьбу отмечает. У нас в городе только один ресторан, в сезон бывают свадьбы и по 90 человек! Мне здесь хорошо живется, получаю 650 рублей. У нас в Брагине хорошие зарплаты, и я говорю это не потому, что здесь находится представитель исполкома, – рассказывает старший повар Алена, поглядывая на посетителей в зале.

«В пятницу и субботу везде одни алкаши. Даже турников нормальных нет!»

Ближе к вечеру на улицах появляется народ. Транспорта не видно, все ходят пешком. Рядом со школой встречаем Катю и Веронику на прогулке.

– После декрета пойду работать в родную школу, сколько там платят, не знаю, – рассказывает молодая мама Катя. – Раньше по распределению работала в деревне Бурки рядом, получала 380 рублей. Тем, кто живет в Брагине, делают чернобыльское удостоверение и доплачивают. А вот деревня Шкураты рядом – чистая зона, доплат нет.

Парочка будущих выпускников школы идут в гости к друзьям.

– Да что здесь ловить? Так скучно, что остается только пить или рожать. Уезжать собираемся, конечно. Куда поступать, пока не решили. Скорее всего, в Мозырь, – рассказывают ребята.

Ближе к вечеру на улицах появляется народ

Три парня на остановке говорят, что молодежи в Брагине делать нечего, а на вопрос, как живется, отвечают хором: «Очень скучно!»

– Пойти некуда. Даже турников нормальных нет! Одни остались у здания милиции, раньше на стадионе были, но их убрали. В пятницу и субботу везде одни алкаши. Спасает только дискотека в ДК, там хорошую музыку крутят: «Зацепила» Артура Пирожкова ставят или «Молнию» Билана… По будням совсем атас, разве что в бар сходить в гостинице «Верас». Там в любой день много народа!

Что ж, отправляемся в бар. За невзрачной дверью на первом этаже гостиницы и правда толпа – человек 15! Посетители говорят, что любят бар за атмосферу и кофе за 50 копеек.

Многие предпочитают коротать вечера в баре

– Саша, тебе как обычно, с яблочным соком? Витька, фисташки свои не забудь! – бармен здесь знает каждого и наливает чаще всего вовсе не кофе.

Бар в гостинице «Верас»

Хороший улов

«Помню, у нас на губах была пленка белая, глаза кололо сильно»

О том, что Брагин – не самая чистая зона, напоминает разве что мемориал чернобыльской трагедии. Желтых указателей и предостерегающих надписей в поселке нет.

Сейчас в Брагине проживает 130 ликвидаторов аварии на ЧАЭС. Один из них, Василий Игнатенко, был единственным белорусом из 26 человек, работавших на самом реакторе в первый день аварии. В центре Брагина стоит памятник в его честь, о местной легенде и Герое Украины здесь знают все.

Памятник ликвидатору катастрофы на ЧАЭС Василию Игнатенко

– Очень энергичный парень был, – рассказывает бывший ликвидатор, а сейчас преподаватель, Николай Дубовец. – Здесь похоронить не разрешили, он с остальными пожарниками лежит в Москве, в специальном забетонированном склепе. Сестра у него была медик, делала пункцию костного мозга, чтобы спасти его. Но рядом с ним побыла – и сама умерла, большую дозу радиации получила.

Николай Дубовец – бывший ликвидатор аварии на ЧАЭС

Николай прекрасно помнит субботу 4 мая 1986 года, накануне Пасхи. Его, 46-летнего офицера запаса, позвали в райком партии и сказали отселять людей из деревень в Брагин. Толком ничего не объясняли, спецодежды не выдавали, но он знал, что произошла авария – рассказали знакомые.

– Помню, у нас на губах была пленка белая, глаза кололо сильно. Кто под чаркой был накануне Пасхи, кто на саночках вез самое ценное, кто пел… Люди не сопротивлялись, оставляли все в домах.

Первые пару лет после аварии ликвидаторам давали доплаты к зарплате.

– Копейки какие-то платили, бесплатный проезд по городу в автобусах дали. Потом все сняли. А в России и Украине сохранили, – сетует ликвидатор.

Собрание местных котов

Нам вскоре начинает казаться, что никакой катастрофы и не было. Люди вопросам про радиацию только удивляются.

– Ну как радиации боятся? Если бы ты ее чувствовал, трогал вот так (берется руками за сумку. – Ред.)… Я часто чувствую апатию, сонливость, но кто знает отчего? Может, возраст или нехватка витаминов… У каждого дача, я выращиваю картошку, помидоры. Грибы разве что не ем – как-то насобирала в Хойниках, дочка заставила отнести на проверку радиации. Мне их сказали выбросить, после этого не собираю, – вспоминает пенсионерка Ирина.

Вечером в Брагине делать нечего

– Сейчас никакой радиации у нас нет, люди живут по сто лет! В соседней деревне перепись делали, одна бабуля прожила 113 лет. Правда, телевидение приехало снимать, она испугалась и померла. Знаете, сколько в Брагине детей рожают? По 5 – 6! Так что Брагин живет, слава богу, – заверяет нас одна из ликвидаторов Любовь Константиновна.

СПРАВКА «КП»

Брагин – городской поселок в Гомельской области. После катастрофы на Чернобыльской АЭС из Брагина в экологически чистые места переселили около 5 тысяч жителей. Сейчас население составляет около 3,3 тысячи человек.