«Полдня просто сплю на клавиатуре, курю и общаюсь с коллегами». Как белорусы имитируют работу в офисе

16.04.2019 в 21:26
Ирина Михно, kyky.org

Кажется, во многих белорусских компаниях люди учатся не работать, а образцово делать вид, что работают. Перед тем, как читать этот текст, на время забудьте слово «эффективность».

Денис. В месяц работает только последние пять дней перед дедлайном

«Компания, в которой я работаю, занимается издательской деятельностью. Поэтому всю мою выработку за месяц проверяют всего раз – перед ее выпуском в свет. Обычно это происходит в конце месяца – грех этим не воспользоваться! В моменты большой грусти я могу неделями ходить на работу просто так, не делая там вообще ничего. Конечно, чтобы выглядеть как ответственный работник, с самого утра в офисе я завариваю чай и включаю на рабочем компьютере все необходимые программы для моей мифической работы. А потом аккуратно запускаю YouTube.

Справедливости ради, смотрю я не блогеров, а полезный, связанный с профессиональной деятельностью контент. Мне интересно учиться чему-то новому – да и когда начальство мимо моего монитора проходит, я в его глазах вроде как не тунеядец, а молодец. Сижу с умным лицом и самообразовываюсь. Иногда даже мышь отключаю и начинаю «впустую» кликать по ней, чтобы все без сомнения поверили в наличие бурной деятельности.

Однажды в офисе случилось страшное: на рабочих компьютерах прикрыли доступ к социальным сетям. Но я в компьютерных делах товарищ подкованный, гуглить умею – нашел способ обойти блокировки. Правда, потом мне звонил сам системный администратор и озвучивал претензии начальника о том, что на моем рабочем месте трафик в десять раз больше, чем у остальных. Но и тут я сообразил: сказал, что больше всех работаю. В общем, меня ни разу не ловили на безделье.

Фото: Гарри Груйер

Но начальству попались коллеги, которые очень неаккуратно играли в Counter-Strike. После этого сисадмина заставили пройтись и проверить всю офисную технику на наличие игр. Удалить все найденное и сделать так, чтобы без его ведома никто не мог ничего установить на компьютеры. Кстати, санкций особых не последовало: начальство просто побубнело об ответственности и успокоилось.

Но работать мне все же приходится: за пять дней до сдачи нужно брать всё, что берется, в кулак и с утра до ночи пыхтеть, выполняя месячный объем. Зарплата в компании относительно приличная, а работы немного, поэтому такой режим меня вполне устраивает».

Степан. На работе читает новости, курит, спит и общается с друзьями

«Когда ты работаешь на государственном предприятии, где тебе платят не за работу, а за время, которое ты там отсидел, волнуешься только об одном: чтобы трафик на мобильном интернете не закончился. Иначе не удастся досмотреть ролик на YouTube. Хотя иногда мне кажется, что я посмотрел почти весь русскоязычный контент.

С заводских компьютеров видео не посмотришь. Во-первых, там стоит блокировка доступа к интернету – выйти в сеть на заводе может только начальник отдела и другое руководство. Во-вторых, один раз я пробовал подключить местный компьютер к интернету через USB на телефоне. Появилось ощущение, что сижу на dial-up времен конца 90-х. Даже аватарка в социальных сетях не загрузилась! В общем, телефон у меня с очень широким экраном. Таким образом моя работа полностью удовлетворяет потребность организма в лени.

По графику я должен работать восемь часов. В реальной жизни на трудовую деятельность в день уходит часа четыре. Остальное время трачу на сон на клавиатуре, перекуры, общение с коллегами и с друзьями – по телефону. Часто сижу в мессенджерах – читаю новости, смеюсь с гифок и мемов, самое смешное отправляю друзьям. Когда понимаю, что интересный контент в лентах закончился, со скуки могу поработать на полчаса больше. Нас никто не проверяет – все начальники знают, как работает завод. Поэтому каждый отдельный сотрудник выбирает, как именно он хочет проводить свое рабочее время. Есть в отделах настоящие трудяги – я поражаюсь их рвению и усидчивости. Но давайте смотреть правде в глаза: количество потраченных часов на усердную работу никак не отражается на итоговой зарплате. Лично мне не хочется выходить из предложенной самим работодателем зоны комфорта».

Тима. На работе хватило времени, чтобы сделать собственный мультик

«Я отучилась в колледже на фотографа, сейчас отрабатываю диплом в фотосалоне. Название, конечно, гордое, но по факту я делаю людям фото на документы. Работаю 17 дней в месяц по 10 часов в день. Салон открывается в десять утра. Обычно в это время под дверями уже стоят первые клиенты, поэтому я прихожу на работу за 15 минут до ее официального начала. Открываю кассу, пересчитываю деньги, включаю компьютер, принтеры. Открываю двери в салон и на протяжении часа упорно работаю. Это очень скучное занятие, состоит из повторения одних и тех же вопросов: «Подсказать что-нибудь? Фото на паспорт? Ваш заказ будет готов через пять минут».

Фото: Гарри Груйер

Когда клиенты заканчиваются, можно заниматься своими делами. Кстати были дни, когда в салоне не было вообще ни одного человека. Поэтому на работе занимаюсь всем, чем могу. В буквальном смысле. Рисую, недавно начала делать комиксы. В начале этого года выпустила свой научно-популярный мультик – его полностью сделала на работе. Представляете, сколько у меня свободного времени?

Если быть точной, в день у меня есть около четырех часов для себя. Я работаю четыре дня в неделю, то есть вместо сорока часов уделяю обязанностям всего 24. Сижу в фотосалоне одна, даже напарников нет. И начальник редко заходит – я сама себе хозяйка, вот и творю, что хочу. Однажды мне сделали замечание, мол, на рабочем месте не должно быть моих личных предметов вроде ноутбука, но на замечании все и заглохло. На занятие своими делами на работе нынешнее начальство смотрит сквозь пальцы. Помню, года два назад я работала в другом салоне. Вот там с дисциплиной было намного строже, хотя поток клиентов был такой же. Первое время со мной в одной комнате сидел начальник и ругался, что занимаюсь чем-то своим, хотя могла бы, например, делать уборку. А потом ему надоело торчать в салоне, и он повесил камеру прямо напротив моего лица. Меня уволили через пару дней (улыбается).

Сейчас уйти из салона, где мне платят очень слабо, я не могу. По условию контракта этой же организации меня могут уволить с отработки только по статье. Но мне, к счастью, осталось сидеть там всего три месяца, поэтому скоро убегу оттуда навсегда».

Ирина. Научилась спать с открытыми глазами

«У меня была работа, которая нравилась отнюдь не из-за перспектив карьерного роста, а стабильным высоким окладом. Первое время все устраивало: небольшой объем задач, плавающий график, командировки в страны с морем. А потом в офисе сменился начальник. Новое руководство оказалось очень недоверчивым, поэтому убедительно попросило сидеть на офисном стуле с девяти утра до шести вечера. На вопрос: «Зачем? Я выполняю свои обязанности намного быстрее», – давался ответ в лучших традициях передачи «Аншлаг»: «Ну, а зачем тогда мы вам столько платим?».

Это был период аморфности. Так как я сидела за столом около стены, экран моего компьютера не попадал в обзор директора. За неделю я могла посмотреть несколько сериалов. Иногда даже записывала смешные диалоги в блокнот, чтобы изобразить хоть какую-то деятельность. Я была тем человеком, кто полностью посмотрел семичасовой стендап президента в 2017-м году, потому что развлекаться тоже нужно уметь. А времени у меня реально хватало. Перечитала кучу странных статей о возможных причинах появления рака и о том, почему на подбородке появляются прыщи. Очень часто ходила курить – звонила таким же не занятым друзьям или пыталась сделать селфи на фоне городского пейзажа. Так поступали многие коллеги, поэтому чуть позже директор заявил, что будет применять санкции к тем, кто надолго выходит из кабинета. Мы начали шутить, что у всего коллектива разовьется геморрой – и правило о перекурах само собой нивелировалось.

Самое страшное в тот период жизни – приехать в офис и узнать, что директора не будет. Мир рушился от понимания, что ты мог спокойно спать дома и никуда не ехать. Но начальник был тем еще пранкером: как-то мы решили отметить его командировку и, когда допивали вторую бутылку шампанского, он забежал на наш скромный огонек. Мило улыбнулся, а потом мы узнали, что премий из-за игристого не будет.

Фото: Гарри Груйер

Работа каждого человека в компании была завязана не на выработку и продуктивность, а на присутствие перед директором в офисе. После случая с несогласованным мини-корпоративом мы перестали там пить алкоголь. Так что когда директора не было, тоннами пили кофе, разговаривали о скидках в гипермаркетах. Звонки клиентов сбрасывались, работать не хотел никто. Но стоило начальнику ступить на порог – все как пчелки бежали к своим рабочим местам, открывали Excel и учились спать с открытыми глазами. Зевать так, чтобы никто этого не понял, все уже умели. Оклад терять не хотелось, но я понимала, что просто сойду с ума, если у меня не появится адекватная занятость. Поэтому стала больше времени уделять любимой подработке. Помню, как надо мной хохотали коллеги, когда я дико нервничала из-за горящего дедлайна совсем другой компании, а директор меня успокаивал, мол, все нормально, хорошо работаете – продолжайте в том же режиме. Так я проработала год, а потом наши пути разошлись».

Артём. На работе мастерит подставку под телефон

«Я работаю на фабрике в регионе. Многие мои коллеги, как и я, приходят на работу к 8 утра и первым делом пьют кофе, ожидая задания от начальника. Каждый день он раздает их устно. Поэтому все надеются, что директор просто не придет (такое было пару раз). Когда план работ вроде как появляется, за сигаретой коллегиально решается, кто и что будет делать. Перерыв на табак негласно устраивается каждые сорок минут – это что-то вроде местной нерушимой традиции. В 11:30 – когда практически ничего не сделано – на фабрике наступает время обеда. Едят у нас люди очень плотно, поэтому заканчивается перерыв только в 13:10-20. Ну, а после еды работать особо не хочется, поэтому коллеги собираются поиграть в карты или шахматы. Кто-то сидит в телефоне, в покер играет, другие могут пойти на производство, смастерить что-то нужное для дома: подставку для телефона или стул.

Каждый сам придумывает себе задание, чтобы продержаться после обеда до 16:00 и побыстрее уйти домой. Главное – чтобы начальник не увидел. Уже пару раз у нас случались увольнения из-за того, что директор словил коллегу на бездействии. После таких случаев все работают с таким рвением, что хоть каждого на доску почета вешай. Но проходит пару недель, сцена показательного выгона забывается – и люди снова переходят в привычный режим работы, то есть ничего-не-делания. Мне кажется, если бы многих моих коллег не контролировали, они бы просто спали на соломке весь день. У людей нет зависимости от работы – в Европе, Америке все понимают, что вместе с зарплатой потеряют не только должность, но и определенный социальный пакет, возможность выплачивать кредиты. У нас же любой трудяга знает, что если его выгонят с условной фабрики, он найдет себе место с такой же зарплатой в условном магазине. А если он ничего не теряет, тогда зачем напрягаться?»

Обсуждение