Артему Корбалю 11 лет. Он ходит в школу, встречается с друзьями, гоняет мяч и болеет за мадридский «Реал». Но тяжелая и коварная болезнь постепенно отнимает у мальчика силы. У Артема миопатия Дюшенна — прогрессирующее наследственное заболевание, которое приводит к слабости и атрофии мышц. Семья собирает деньги на препарат Elevidys за баснословные 2,9 млн. долларов. Времени немного.

Фото из архива Марины Булавецкой
До четырех лет Артем развивался, как обычный ребенок. Но в какой-то момент родители стали замечать тревожные изменения. Мальчик начал отставать в речевом развитии, появились проблемы с координацией – стоять на ногах малышу становилось все сложнее. Невролог заметил, что у Артема снижен мышечный тонус, и рекомендовал пройти детальное обследование.
Мальчика направили в Гомельскую областную детскую больницу, где провели комплексную диагностику, которая показала — уровень фермента креатинфосфокиназы зашкаливал.
«В норме этот показатель составляет около 300 единиц, а у сына он доходил до 12 тысяч. Это косвенно указывало на болезнь Дюшенна», – вспоминает мама Марина Булавецкая.
Начались генетические исследования. Дважды минские врачи делали тесты и отправляли материал московским коллегам. Результат выявил мутацию и подтвердил диагноз: у Артема — мышечная дистрофия Дюшенна. Заболевание приводит к постепенной атрофии мышц. Самое опасное осложнение — поражение дыхательной мускулатуры и сердца.

Вместе с тем, он продолжает учиться в обычной школе и справляется с нагрузками. О домашнем обучении школьник даже и думать не хочет, ведь рядом – друзья, одноклассники и учителя. Дома парня поддерживает Иван. Он не родной отец ребенка, но стал для него самым близким другом и главным защитником.
«С биологическим отцом Артема мы развелись, когда сыну исполнился год. Позже в моей жизни появился Иван. Именно вместе с ним мы узнали о болезни Артема. Но это его не испугало, он сделал мне предложение и сказал, что всегда будет рядом», – рассказывает Марина.
По ее словам, в их семье ни у кого не было этой патологии. Однако показатель фермента, который отвечает за мутацию, у женщины тоже повышен. Никаких тестов она не сдавала, но знает, что болезнь может передаваться от матери к сыну. Девочки мутации практически не подвержены. В большинстве случаев они становятся лишь носителями дефектного гена.

Фото из архива Марины Булавецкой
В августе 2025 года семья открыла сбор на лечение Артема. Сделать это раньше не было возможности – американский препарат Elevidys получил официальный пропуск на рынок летом 2023-го. Через год его начали применять в России, Японии, ОАЭ и других странах. Сначала действовали возрастные ограничения — лекарство можно было вводить детям не старше пяти лет, но позже ограничения сняли. В Беларуси Elevidys пока не зарегистрирован.
«До появления препарата лечения не существовало и нам предлагали поддерживающую терапию. Но она не подошла Артему из-за вида мутации», – объясняет Марина.
Как только удастся собрать нужную сумму, дорогостоящий укол введут Артему в одной из клиник Дубая. Сейчас собрано чуть больше миллиона долларов — это треть от необходимой суммы.

Фото из архива Марины Булавецкой
Семье помогают волонтеры и неравнодушные люди. Они проводят акции и благотворительные розыгрыши, ведут группы в мессенджерах и странички в соцсетях. Также семью поддерживают предприятия и организации. Привлечь внимание к сбору помогла и платформа «Обращения.бел».
Марина старается не плакать и не опускать руки, даже в самые тяжелые дни, говорит, что не имеет права на слабость.
«Завтра мне 30 лет. Казалось бы, это особый повод собрать близких за одним столом. Но не в моем случае. Мое единственное желание – спасти сына. Я загадываю его, когда вижу падающую звезду, когда молюсь в храме, когда задуваю свечи. Совсем скоро у нас очередной отчет по сбору на лечение Артема. Очень хочу проснуться и увидеть какую-то невероятную цифру. Цифру, которая даст мне веру и силы и покажет, что я не одна в этой борьбе», – признается мама мальчика.
Вся информация о способах помочь Артему – по ссылке и в Instagram.






























