Помехи в прямом эфире: как в 1900-х годах фокусник публично унизил создателя радиосвязи и помог развитию её безопасности

05.01.2021 в 22:04
Игорь Николаев, TJournal

Радиосвязь начала 20 века считалась эталоном конфиденциальности, но находчивость и хитрость одного человека доказали обратное.

Помехи в прямом эфире: как в 1900-х годах фокусник публично унизил создателя радиосвязи и помог развитию её безопасности

Гульельмо Маркони. Фото Getty Images

Слово «хакер» ассоциируется с компьютерными технологиями, но изначально так называли инженеров, находивших ошибки в оборудовании и эффектно указывали на них окружающим. Историки науки считают, что первый такой хакер в мире работал не с компьютерами, а с радиоприёмником и телеграфом Речь о британском иллюзионисте и изобретателе Невиле Маскелайне, наглядно доказавшем всему миру, что передача радиосигналов далеко не так безопасна, как утверждал её главный популяризатор Гульельмо Маркони.

И Маркони, и Маскелайн занимались вопросами беспроводной связи, но первый стал популярным во всём мире миллионером, а Маскелайн прозябал в безвестности. Когда у иллюзиониста появился шанс опозорить Маркони, он поспешил воспользоваться им. Впрочем, сам итальянский изобретатель быстро восстановил подмоченную репутацию, а разработчики системы радиопередачи сообщений впервые задумались о шифровании посланий.

Бизнесмен, астроном, фокусник: кем был Невил Маскелайн?

Будущий первый в мире хакер родился в 1863 году в семье изобретателей-иллюзионистов. Его отец, Джон Маскелайн, прославился созданием особых замков, открывавшихся, если поместить в них монетку (в начале 20 века эту технологию использовали при создании платных туалетов), а дедушка, тоже Невил Маскелайн, был известным британским астрономом.

С самого детства Невил зарабатывал на жизнь публичными выступлениями с фокусами. Он владел множеством иллюзий, но лучше всего ему удавались беседа отпиленной головы с туловищем, левитация, выпускание пара из своего тела.

“Магия, как и всё остальное в мире, не может оставаться статичным. Либо она развивается во времени, либо остаётся позади. И в этой связи важнейшее качество прогресса – новизна”, – Невил Маскелайн, иллюзионист, изобретатель.

В юности он демонстрировал фокусы в Египетском зале на Пикадилли. Там он работал вместе с отцом и его помощником Дэвидом Девантом. Когда Маскелайн-старший умер, его сын унаследовал фирму Maskelyne’s.

Маскелайн – первый в мире человек, заснявший солнечное затмение. Он снял его в 1898 году в Индии, но по пути в Британию плёнку украли, и судьба её неизвестна до сих пор. Два года спустя, 28 мая 1900 года, он заново отснял солнечное затмение во время экспедиции Британской астрономической ассоциации в американский штат Северная Каролина. На этот раз Маскелайн соединил свою камеру с телескопическим адаптером, чтобы получить кадры в максимально возможном на тот момент разрешении. В мае 2019 года Британский институт кино восстановил видеозапись в разрешении 4K.

Восстановленная видеозапись Невила Маскелайна от 1900 года с заснятым на ней солнечным затмением

Ещё в молодости Маскелайн в совершенстве выучил азбуку Морзе и применял её в своих выступлениях, показывая фокусы с угадыванием мыслей. Разгадка их была в том, что под сценой находился невидимый публике помощник, передававший Невилу сообщения на небольшой приёмник в кармане.

Беспроводная трансляция сообщений была одним из главных увлечений Маскелайна. В 1900 году он отправил несколько коротких сообщений с наземной станции на приёмник, находящийся в воздушном шаре в воздухе. Фокусник и сам работал над созданием собственных радиоприёмников. У него было немало наработок, но он так и не запатентовал их, опасаясь, что поклонники после этого разоблачат некоторые из его фокусов.

Маскелайн против Маркони

На рубеже 19-20 веков весь мир увлёкся новой идеей передачи радиосигналов на расстоянии. В 1887 году Генрих Герц открыл существование электромагнитных волн, о существовании которых ранее предполагал Джеймс Максвелл. Эти волны могли использоваться для передачи точек и тире из азбуки Морзе.

Изобретателем радиосвязи тогда считали итальянского инженера Гульельмо Маркони, ставшего одним из популярнейших людей своего времени. В 1897 году он преобразовал теорию электромагнитных волн Максвелла в работоспособную систему беспроводной телеграфии. Итальянский физик заявлял, что его сообщения можно отправлять по беспроводной связи на значительные расстояния.

“Я могу настроить мои инструменты так, что никакой другой инструмент, кроме аналогично настроенного, не сможет перехватить мои сообщения”, – Гульельмо Маркони, итальянский физик-изобретатель.

Маскелайн недолюбливал Маркони из-за того, что тот получает патенты в сфере радиосвязи. Иллюзионист считал, что его достижения в этой области более значимы, чем у итальянского физика, но мир никогда не узнает о них.

Невил Маскелайн. Фото Royal Institution

Была и ещё одна причина неприязни Маскелайна к Маркони. Итальянец стремился стать общепринятым лидером в области беспроводной связи, не гнушаясь лжи и подтасовок фактов. Он называл себя создателем первого радиоприёмника и системы беспроводной связи. На деле Маркони скопировал свой приёмник, слегка изменив его конструкцию, с изобретённого ранее устройства русского изобретателя Александра Попова, а принцип беспроводной связи открыл Генрих Герц. Более того, к моменту получения Маркони первого патента в области беспроводной связи Никола Тесла имел уже 17 патентов в этой сфере.

“Но прежде чем позволить себе быть уничтоженными, мы, чьи скромные достижения затмеваются очарованием величия г-на Маркони, имеем право потребовать абсолютного оправдания его требований”, – Невил Маскелайн, иллюзионист, изобретатель.

Маркони постоянно улучшал и модифицировал своё изобретение, устраивая презентации для зрителей. Одну из них назначили на пять часов вечера 4 июня 1903 года в лекционном театре Лондонского Королевского института. В анонсе выступления сообщалось, что Маркони, находясь на станции на вершине горы Полдху в Южном Корнуолле, за 300 километров от Лондона, передаст по беспроводной связи на радиоприёмник сообщение азбукой Морзе, а в лекционном театре на глазах у публики его примет помощник итальянского инженера, известный физик Джон Амброз Флеминг. Приёмник Флеминга и передатчик Маркони были настроены на одну и ту же частоту.

Джон Амброз Флеминг. Фото Royal Institution

Организаторы акции заверили, что новый вид беспроводной связи максимально надёжен, и ни один человек со стороны не сможет его подслушать. За несколько минут до начала выступления, когда публика уже сидела в зале и ожидала услышать сигнал, а Флеминг заканчивал настраивать оборудование, неожиданно начал ритмично тикать медный театральный проекционный фонарь, с помощью которого рассказчики в зале перелистывали слайды презентаций. Ассистент Флеминга Артур Блок сразу же догадался, что проектор не просто так тикает, а передаёт сообщения азбукой Морзе. Кто-то начал посылать в театр беспроводные импульсы, настолько мощные, что на них даже отреагировал проекционный фонарь.

Блок быстро расшифровал зашифрованное послание. Оказалось, что неизвестный абонент несколько раз передал слова «вздор» и «крысы», а затем выдал фразу «Один итальянский юноша обманул публику (There was a young fellow of Italy, who diddled the public quite prettily)». За этим последовали грубые эпитеты в адрес Маркони и строки из произведений Шекспира.

За несколько секунд до приёма сигнала из Корнуолла проектор замолчал, и трансляция сигнала прошла без происшествий. Но впечатление от неё было безнадёжно испорчено – зрители оказались куда сильнее удивлены неожиданной выходкой «радиохулигана», чем выступлением Маркони и Флеминга. Они поняли, что беспроводная система Маркони уязвима.

“Я ясно слышал поразительное слово «крысы», написанное на языке Морзе… И когда это неуместное слово было повторено, подозрение уступило место страху. Очевидно, что-то пошло не так. Это был розыгрыш… или даже научный саботаж?” – один из помощников Флеминга.

После этого происшествия Маркони пытался сделать вид, что ничего не произошло, а вот Флеминг не на шутку разозлился, привлекая к этой истории ещё больше внимания. Он направил письмо в газету Times, где назвал неизвестного «научным хулиганом», а случившееся – «поруганием традиций Королевского института».

Помощник итальянского изобретателя через эту же газету обратился к читателям с просьбой помочь отыскать наглеца. Их помощь не потребовалась – через несколько дней Маскелайн сам опубликовал ответ в Times, рассказав о том, как ему удалось выставить дураком самого Маркони.

“Напомню професору Флемингу, что брань — не аргумент”, – Невил Маскелайн, иллюзионист, изобретатель.

«Желающий быть обманутым, да будет обманут»: разгадка фокуса

Как оказалось, иллюзионист сделал это не только по своей инициативе, но и по просьбе сотрудников Восточной телеграфной компании (ВТК), прокладывающей телеграфные кабели между материками и государствами. ВТК и другие подобные фирмы имели дорогостоящие кабельные станции на море и на земле, владели огромными корабельными флотилиями и содержали штат учёных и инженеров, прокладывавших и обслуживавших подводные коммуникации.

ВТК владела коммуникационными хабами со стороны Порткерно, небольшой деревни на южном побережье Корнуолла. Оттуда тянулись их подводные кабели, соединявшие Британскую империю с Индией, Австралией, Индонезией, Латинской Америкой и Африкой. Она, как и их конкуренты, инвестировала огромные суммы в кабели и не хотела расставаться с ними.

Побережье Корнуолла в начале 20 века

Экспонаты Телеграфного музея в Порткурно. Фото Томаса МакМуллана

Позиции телеграфистов пошатнулись, когда 12 декабря 1901 года Маркони успешно передал радиосообщение из Англии в в Ньюфаундленд, на расстояние в 2200 миль. Эксперты ставили под сомнение достоверность эксперимента, но на них мало кто обращал внимание. Общество поверило в Маркони и его опыты. Акции созданной итальянцев компании Marconi Wireless Telegraph неуклонно дорожали, у фирмы становилось всё больше клиентов.

Новым методом передачи информации заинтересовались британские военные, и это сулило Маркони баснословную прибыль. Изобретатель заводил выгодные знакомства среди британских представителей элиты и бизнеса и заключал выгодные сделки. Всё это могло поставить телеграфистов на грань разорения.

Они видели лишь один выход из ситуации – дискредитировать изобретение итальянца в глазах общественности, доказать публике, что его радиоприёмник далеко не такой надёжный, как о нём отзывается сам Маркони. Маскелайн с радостью согласился помочь телеграфистам.

Подготовка действия заняла почти год. ВТК выделила Маскелайну деньги на возведение радиомачты высотой в 50 метров на утёсах к западу от Порткерно (её останки сохранились и по сей день), чтобы узнать, можно ли подслушать переговоры между кораблями и сушей, ведущиеся по беспроводной связи Маркони. Невил быстро выяснил, что это вполне возможно, а единственная защита Маркони от взлома – это настройка передатчика и приёмника на строго определённую частоту, и даже опубликовал в этом заметку в научном журнале Electrician.

“Я получил сообщения Маркони с 25-футовой накапливающей цепи, установленной на стойке строительных лесов. Когда же маяк наконец был включён, единственная проблема была не в перехвате, а в том, как справиться с необычайно высоким количеством энергии”, – Невил Маскелайн, иллюзионист, изобретатель.

Научная статья Невила не произвела впечатления на читателей, и тогда он решил привлечь ещё больше внимания публики к проблеме с изобретением Маркони и наглядно доказать всем, что система итальянского изобретателя далеко не безупречна. Свою базу он обустроил в здании мюзик-холла отца рядом с Королевским институтом, а из инструментов у него были лишь телеграфный ключ и обычный передатчик. Маскелайн правильно рассчитал время, когда Маркони будет передавать сигнала из Корнуолла в Лондон, и настроился на эту частоту. Остальное – дело техники.

Свою заметку Маскелайн завершил латинской юридической фразой «Qui vult decipi, decipiatur (Желающий быть обманутым, да будет обманут)». Несмотря на признание Маскелайна, Флеминг ещё долго не успокаивался и забрасывал редакции британских газет с требованием наказать иллюзиониста за совершённое им «преступление против науки». Однако английское общество в целом поддержало Маскелайна, и он стал ещё более популярен.

А британские военные, ранее активно пользовавшиеся радио, решили, что всё-таки не стоит передавать важные и секретные сообщения через столь ненадёжный канал связи. Сам же Маркони продолжил хранить молчание по поводу случившегося, лишь изредка давая редкие комментарии для журналистов.

“Я не буду демонстрировать систему тем, кто не доверяет её работе”, – Гульельмо Маркони, итальянский физик-изобретатель.

Вскоре после этой истории Маркони уволил Флеминга с должности своего помощника, но сам итальянский учёный быстро восстановил репутацию. В 1907 году он открыл собственную коммерческую трансатлантическую службу, тогда же вместе с коллегой Карлом Фердинандом Брауном получил Нобелевскую премию по физике. В июле 1937 года, когда Маркони умер, Би-би-си объявила две минуты молчания в прямом эфире.

Гульельмо Маркони. Фото Smithsonian Institute

Студенты радиошколы Маркони принимают послания с кораблей. Фото Library of Congress

Но хакерский приём Маскелайна не прошёл впустую. Он дал пример многим энтузиастам, также начавшим выискивать бреши в безопасности беспроводных технологий. Правительства разных стран тоже озаботились этой проблемой и создали собственные системы шифрования сообщений. Они использовались в обеих мировых войнах и последующих военных конфликтах.

Маскелайн же продолжил карьеру фокусника и иллюзиониста. В 1911 году он написал учебник по магии «Наша магия: искусство в магии, теория в магии, практика в магии», используемый и по сей день. В 1924 году первый хакер в истории скончался.

Обсуждение