Какая гадость эта ваша заливная… печень. Результаты проверки гомельского магазина

02.05.2020 в 11:55
Наталья Остапчук, "Сельская газета", фото автора

Контролёры предупредили о визите в магазин, но опасные продукты всё же нашли.

Вы когда-нибудь слышали о реестре опасной продукции? Я периодически заглядываю в него, чтобы держать руку на пульсе. В этом списке более 1,7 тысячи товаров с подмоченной репутацией. К примеру, производитель выдает маргарин за сливочное масло. Или кладет в конфеты запрещенный краситель, способный вызывать аллергию. Что в этом реестре еще? Чай с плесенью, мороженое с бактериями кишечной палочки. Впрочем, кроме продуктов, там много опасных электроприборов, детских игрушек и даже обуви, одежды. 

Сегодня я расскажу, как в небольшом частном магазине Гомеля мы с заместителем начальника отдела госнадзора за техническими регламентами и стандартами областной инспекции Госстандарта Ольгой Букиной нашли две партии опасных консервов из Мурманска.

О предстоящем визите конт­ролеров в магазине знали. Таков принцип выборочной проверки — за 10 дней уведомить, кто и что будет смотреть. «Конечно, готовились, но разве все будешь знать? — заметно волновалась продавец из отдела морепродуктов. — Рыбой торгуем недавно, идет на ура. Людям нравится большой выбор и нормальные цены, да и в этом микрорайоне ее больше нигде не купить».

Госинспектор осматривает витрину и настораживается — на рыбе нет ледяной глазури? Выясняем. Чтобы цена на продукт не зашкаливала, магазин закупает большими блоками. Подтаяла, разделили рыбины — и на витрину. Есть и еще одно очевидное обстоятельство: в витрину Ольга Букина кладет свой поверенный термогигрометр — всего 5,4 градуса мороза вместо положенных минимальных минус 18, поэтому продукт и вымораживается. Продавец уверена, что сбой в морозилке, ведь цифры на электронном табло показывают минус 22. Обещает все уладить и звонит хозяйке магазина, чтобы вызвала мастера по наладке оборудования.

Ольга Владимировна в первую очередь ищет на полках опасную продукцию из реестра. И причина проста. В больших магазинах, как правило, есть отдельный специа­лист, который ежедневно мониторит ситуацию. К примеру, если зефир определенной марки внесли в реестр из-за запрещенного консерванта — он тут же снимет товар с продажи, не дожидаясь, пока поставщик отзовет партию. В маленьких магазинах, особенно в глубинке, шансов встретить опасную продукцию куда больше. Почему? Во-первых, продавцы могут и не слышать о реестре. А во-вторых, поставщик видит: полгода назад сельмаг заказывал у нас 5 банок кабачковой икры. В ней, к примеру, выявили превышение нормы по нитратам. Рассуждает: эти 5 банок, наверняка, давным-давно распродали, поэтому о возврате не уведомляет. Вот так опасный продукт могут и дальше распродавать среди сельчан.

Какая гадость эта ваша заливная... печень. Результаты проверки гомельского магазина

— По своему опыту скажу, что примерно в 90 процентах торговых объектов Гомеля знают про реестр, в частности, от нас, госинспекторов. Каждый раз во время надзорных мероприятий я об этом спрашиваю у завмагов. Не знают — рассказываю. В этом магазине с ним знакомы, — Ольга Букина изучает сопроводительные документы на отдельные виды продукции, оценивает правильность маркировки, проверяет сроки годности.

— Так как всё-таки вычислить на полке опасный продукт? — мне хотелось бы самостоятельно поупражняться в этом. 

Госинспектор открывает секрет — обращай внимание на продукты с неестественно ярким окрасом. К примеру, цветной бисквит или разноцветное драже. Иногда производители замалчивают отдельные «ешки». Особенно в случаях, когда краситель может отрицательно влиять на активность и внимание детей. Изготовитель обязан на этикетке об этом преду­предить. Понятное дело, благора­зумную маму такая надпись на гостинце для ребенка отпугнет. А это риск снижения продаж.

Вот еще одна уловка. Чтобы сухофрукты долгое время выглядели свежими и аппетитными, их очень часто обрабатывают диоксидом серы. Переборщишь с ним — жди аллергических реакций. И если на коробке с сушеным ананасом это вещество не указано, самое время засомневаться в правдивости состава. В прошлом году инспекторы находили многократное превышение диоксида серы в сухофруктах. Конечно, импортеру выписывали предписание — убрать с рынка!

К слову, порой дело доходит и до протоколов, штрафов в адрес поставщиков. Как так? Допустим, госинспектор анализирует сопроводительные документы на товар и видит: мороженое прошло испытание по микробиологии всего за день. Это при том, что исследования должны длиться как минимум пять. Скорее всего, продукция даже не поступала в лабораторию, а документы липовые. Таким нередко грешат российские испытательные центры. Черный список таких горе-испытателей тоже помогает Госстандарту защищать рынок от некачественной продукции.

— Если продукт попал в черный список — это приговор, дорога в один конец? — интересуюсь у Ольги Букиной.

— Нет. У изготовителя есть шанс исправиться: изменить сос­тав, усилить лабораторный контроль, подкорректировать маркировку. Потом представить доказательную базу в Госстандарт и вернуться на рынок. Но, признаться, делают это единицы. Чаще всего наши импортеры перестают завозить такую продукцию в страну, и на этом все, — разводит руками госинспектор.

Идем в молочный отдел. Специалист заинтересовалась развесным сыром — есть вопросы по маркировке. Целая головка может храниться 3 месяца. Но как только продукт соприкоснулся с ножом, сыр должен быть распродан в течение 12 часов. Продавцы забыли указать время нарезки. Выходит, продавай хоть неделю и тебе ничего за это не будет!

— Вижу, как в некоторых небольших магазинах продают с уценкой подгнившие яблоки или бананы. Разве это разрешено? — интересуюсь у специалиста. Оказалось, таким фруктам дорога одна — на списание, но никак не в корзину покупателя.

Прошерстить магазин на соблюдение всех техрегламентов, правил и норм — дело утомительное и требует наметанного глаза. Что радует лично меня? В реестре опасной продукции сложно отыскать белорусского производителя. И это не потому, что контролеры рынка подыгрывают нашим. Ведь мы с Ольгой Букиной смотрели абсолютно весь товар, не сортируя — наш или завозной. Склоняюсь к тому, что, скорее, роль играет серьезный контроль качества внутри отечественных предприятий.

Что отобрали в магазине для испытаний? По 5 банок печени трески из двух партий. Рыбные консервы, говорит эксперт, в последнее время нередко подводят. Образцы уехали в лабораторию. 

Спустя пару недель звонок — в изъятом продукте нашлись гельминты. Печень трески внесли в реестр (лично видела ее там). И, как и полагается, товар исчез с полок магазина. Ради любопытства обошла с десяток супермаркетов, думала, хоть где-нибудь точно найду запасы этого производителя. А вот и нет, все впустую, — импортер добросовестно отозвал неблагополучный продукт.

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки на первоисточник.

Метки:

Обсуждение