Гомельчанин: Обожаю дачу, пристрелите меня

09.09.2018 в 12:12
Дмитрий Новиков, ведущий рубрики Дмитрий Корсак, Onliner

Андрей Новиков — журналист Onliner.by, с детства приучен к бессмысленному и беспощадному дачному земледелию. Однажды вырастил плесень. Член Нью-Йоркской академии наук.

Периодически нас с женой сгоняют в орущую, царапающуюся кучу и стройными колоннами конвоируют на дачу. (Ребенок выкрутился, трусливо сбежав добровольцем в армию; хотя делал вид, что так любит таскать навоз.) Каждый раз, миновав положенные пять стадий принятия неизбежного (гнев, труд, май, что там еще), торопливо иду на сделку с администрацией: «Я буду яму копать!» «Нам не надо больше ям, ты все уже выкопал, — щелкают кнутом огородные генералы. — Нам надо больше картошки, смородины, слив, арбузов с себестоимостью втрое выше, чем на базаре. Пошевеливайся».

Сколько себя помню, у меня всегда была дача в том или ином виде. Теперь могу проследить, как мутировало это понятие.

Точно помню, что в моём детстве во всем мире дача имелась только у нашей семьи. Ну и ещё у пары человек. Я помню время, когда ещё не изобрели двигатель внутреннего сгорания, люди не могли забраться далеко от своих изб и, соответственно, пригороды не были сплошь застроены дачами. Это было удивительное место, где необходимо охотиться на совхозных мустангов, ловить рыбу, откручивать ненужные приборы на геодезической станции (спокойно, срок исковой давности ушел!), доставать утопленников, спасать миног из болота, терять в лесу ржавый велосипед, печь картошку, одеваться в лохмотья, нарушать мыслимые нормы безопасности детства, заниматься другими неотложными делами. Мы туда рвались любой ценой, душились в переполненном овальном автобусе с цветными стеклами. Видимо, в списке занятий был ещё какой-нибудь сбор клубники, но он как-то не отложился и точно не происходил с таким фанатизмом.

С годами у нас отняли возможность заблудиться в лесу, на месте срубленных деревьев построили бесконечные дачные поселки. Туда заселились миллиарды дачников, сразу пришли кверху попами.

Маленькую хитрую речку спрямили, превратили в аккуратную канаву. Миноги сдохли, кони отправлены на мясо. Утопленники не знают, куда приткнуться. Лохмотья, правда, удалось отстоять.

…Очередная дача мне досталась в нагрузку к жене, причем заранее никто не предупредил об этом завидном активе. Ну то есть дача принадлежит родственникам, а мы… В общем, тоже им принадлежим, не забивайте голову. Факт, что туда надо непрерывно ездить и бросаться на амбразуру. Там нет всякого баловства вроде шезлонгов, бассейнов, мулаток. Из инвентаря предусмотрено только то, что способно доставлять боль и прочую радость труда.

Иногда удается скрыться, отмазаться, сказавшись больным, хромым, дежурным, в командировке. Но у дачных надзирателей наметанный глаз, их трудно провести.

Малоизвестный факт: Тарантино снимал своего «Джанго» по мотивам нашего трудового семестра. Ленивые рабы (норовящие воткнуть грабли кому-нибудь в спину с характерным звуком), Юг, за целлофановым парником маячат свирепые конфедераты в выгоревшей футболке «Гомсельмаш» — все в точности срисовал.

 

Это суровый мир (детка), важно правильно себя поставить среди задембелевших тёщ и их дружков. Мой метод такой: едва коснувшись плодородной земли, изображать тупого, неуклюжего и немного опасного ботаника, способного только копать яму. Тем более что мне действительно нравится копать. В любой непонятной ситуации рою ямы в полный профиль с бруствером и затем терпеливо соединяю их траншеей, если вовремя не отнять лопату, совок, осколок шифера, ногти. Плевать, что народному хозяйству не нужно столько первоклассных ям. Можем экспортировать.

Итак, надо сразу резко показать, что интеллектуальный труд вроде прополки, окучивания (стараюсь не думать, что это такое), обрезания усов и прочего тебе не то чтобы не под силу, но разрушителен для урожая и вообще.

— Знаю я, чего ты там прополешь, — на самом деле тёща даже близко не знает, что я там прополю (и я не знаю). — Спили лучше какое-нибудь дерево.

Ладно, ломать дрова тоже могу. Иначе для чего меня сюда таскают, как не для мелкого саботажа…

Чтобы продемонстрировать возможности, желательно испортить лопату, но без сноровки вы вряд ли сможете. Мне вот на днях удалось сломать штык ровно посередине, а чего добился ты? Правда, произошло это ровно на последнем кусте картошки, когда вся работа была закончена.

 

— Вот эту кучу какой-то пыльной ботвы уберем — и всё, — любит говорить тёща, явно издеваясь. — И потом смородину соберем в 80 ведер — и всё…

Каждый раз ведусь на это «и всё», прямо как пенсионеры на «дешёвые» пылесосы из Брестской области.

Пресловутое старшее поколение выгнать с грядок практически невозможно. Хлебом не корми, дай непрерывно полоть или там сажать какой-то чертополох, заражая всех своим энтузиазмом.

Про экономику дачного земледелия уже кто только не рассказал. Эти глупости про расход бензина, лопат, времени проходят сквозь настоящего дачника. Ведь это «для души»!

Коварство идейных огородников заключается в том, что они совершенно искренне не понимают, как можно не любить все эти росточки, веточки, перегной. Верят, что всё это одинаково интересно, радостно, вдохновляюще для всех.

— Что значит — дачу не любишь? Все любят, не выдумывай, — и смотрят лукаво, мол, поняли-поняли твою огненную шутку.

Причем это интернациональное явление. Российские родственники тоже всегда спешат меня обрадовать:

— А завтра с утра — съездим на дачу!

— Господи, наконец-то…

И всё же результаты труда впечатляют! К концу зимы мы ведрами выволакиваем на мусорку проросшую картошку. И покупаем в супермаркете новую.

В морозилке у нас уже который год сложен штабель замороженных ягод, бог знает, как они там называются. Скоро ученые научатся их оживлять, а мы никак не сожрем… «Будем зимой делать смузи!» — саму себя убеждала жена, когда мы их собирали. Я плакал и рвал, стараясь не думать, сколько ведер смородинового смузи придется выхлебать. Уверен, в нижних слоях этой вечной мерзлоты точно завелись мертвые мамонты.

— Посмотрим, как вы запоёте в случае нашествия зомби. Или, к примеру, если земля наскочит на небесную ось и погибнут все посевы поречки! — так приговаривают наши огородники.

В этом месте мы живо представляем картину постапокалипсиса: уличные банды выживших дерутся за чашечку смузи. И (под лай овчарок и гортанные крики) плетемся в машину.

Метки:

Обсуждение

Загрузка...